В 1954 году Шарлотта жила с тремя сыновьями в Якутии, в поселке Нюя. После многих лет ссылки семья обустроилась в отдельном доме, а Евгений работал плотником. Но вскоре он ушел к Магде, которая ждала от него ребенка, и Шарлотте пришлось одной растить детей и искать работу. Когда муж предложил временно забрать старшего сына Вову, шестилетнего мальчика, Шарлотта согласилась: ей было тяжело справляться с тремя детьми. Однако Евгений попал в медпункт, а Вова остался в доме беременной мачехи. Там он чувствовал себя ненужным и целыми днями проводил у реки. Узнав об этом, Шарлотта потребовала вернуть сына. Евгений повез Вову домой, но из-за снегопада не смог подъехать к дому и высадил его за полкилометра. Мальчик добрался до матери в тонком пальтишке, замерзший и в слезах. После этого Шарлотта решила больше не расставаться с детьми. В 1955 году Евгений вернулся, усомнившись, что родившаяся у Магды дочь — его ребенок. Шарлотта не приняла мужа: предательство разрушило доверие, хотя она продолжала его любить. Вспоминая отца, который заботился о ее матери и падчерицах, она подумала о яблочном супе из детства — простом блюде, помогавшем пережить голод. Позже молодой специалист Леонид рассказал, что встречал в Куйбышеве женщину с фамилией Дорн. Так Шарлотта узнала, что ее сестра Лидия и мать живы. Родные звали ее к себе, и она решила уехать с сыновьями. Чтобы получить разрешение на выезд, Шарлотта отдала диплом педучилища жене начальника поселкового совета: та хотела заполучить документ об образовании. В Куйбышеве Шарлотта поселилась в квартире сестры вместе с матерью и ее семьей. Первым делом она попросила приготовить яблочный суп, чтобы сыновья узнали вкус ее детства. Шарлотта устроилась на работу и вырастила детей. Она умерла в январе 2002 года; незадолго до этого связала кофточку шестимесячному правнуку. Спустя годы потомки семьи восстановили связь с родней Евгения и Магды. История Шарлотты, как яблочный суп, осталась в семье напоминанием о тяжелых испытаниях и стойкости.
